Вот в некоторых странах принято давать детям несколько имен: в честь дедушки, прадедушки, и т.д. Произнесешь полное имя – и вся родословная как на ладони. Замечательно! А у нас так с топонимами. Вот представьте: Санкт-Петербург, бывш. Ленинград, бывш. Петроград, бывш. Санкт-Петербург, бывш. Санхт-Питерсбурх. Готовая шпаргалка для ЕГЭ по истории.
РАО РЖД на прошлой неделе недопереименовало Ленинградский вокзал в Николаевский. Пресс-служба РЖД вначале сообщила, что глава компании Владимир Якунин подписал соответствующий приказ, затем оказалось, что окончательное решение не принято. Но Патриархия и Институт российской истории РАН успели одобрить возвращение вокзалу первоначального названия. И вот что я об этом думаю.
Я, например, до сих пор иногда называю станцию метро Китай-город «площадью Ногина», а Чистые пруды – «Кировской». Не то, что я тепло отношусь к означенным совпартдеятелям. Просто в студенческой юности часто бывал на этих станциях, а сейчас метрополитеном пользуюсь редко. Вот и не привык к новым названиям.
В те годы в нашей компании не принято было использовать советские топонимы. Журфак МГУ всегда стоял на Моховой, какие там еще проспекты маркса? И гулять мы ходили на Патриаршие пруды, а не, прости господи, Пионерские. И лучший друг жил на Остоженке, а не Метростроевской. Но ведь станции метро появились уже в советское время, так что на них наша протестная топонимика не распространялась.
Еще удивительнее, что нет-нет, да и назову Петербург Ленинградом. В конце 80-х я часто ездил в Северную столицу, почти жил там, но всегда называл этот город Питером. А вот сейчас вдруг, ни с того ни с сего – «Ленинград». Хотя Ильича считаю выродком, почище Сталина. Вот откуда, скажите, из какой подкорки все это берется?
Вот узнал о переименовании Ленинградского вокзала в Николаевский – и как-то сразу захотелось протестовать. Хотя, если разобраться, это справедливо – ведь именно при Николае Первом вокзал построили, по его указу. Но я-то десятки раз уезжал с Ленинградского вокзала, и столько же раз на него возвращался. То есть это мой личный протест, совершенно не политический, совершенно субъективный. Вот живу я 15 лет в доме под номером 9, и вдруг ему возьмут и присвоят номер 15. Ерунда, конечно, но как будто что-то отняли.
Конечно, бывают переименования явно политические. Например, в 20-е годы Поварской улице дали имя большевика Воровского, убиенного (видимо, за дело) в швейцарской Лозанне. Дали со смыслом – тогда на этой улице строились здания нескольких европейских посольств, вот и пусть они на каждой диппочте поминают советского новомученика… Впрочем, американцы в 80-е поступили так же: площадь, на которой находилось советское посольство, переименовали в «Площадь Андрея Сахарова». Пишите письма, как говорится.
Но, пожалуй, первое политическое переименование в нашей стране произошло еще до революции. Санкт-Петербург переименовали в Петроград, как только началась первая Германская. Ну действительно, неприлично как-то нашу столицу – и на немецкий манер. Попутно выхолостили суть. Наш первый император ведь назвал новую столицу не в честь себя, любимого, а в честь Святого Петра. Правильнее было бы, конечно, Свято-Петроград, но как-то искусственно и длинно. С другой стороны, «Петроград» и раньше звучал как неофициальное название столицы. Писал же Пушкин: «Над омраченным Петроградом стоял ноябрь осенним хладом».
Очень политически выверенным было первое переименование уже в перестроечную эпоху, в конце 80-х. Хотя, казалось бы, очень безобидное: Метростроевская улица стала Остоженкой, а Лермонтовская площадь – Красными воротами. Но искушенные в советских политесах наблюдатели сразу поняли, что это очень умный сигнал, даже два умных сигнала. Первый: уже можно всяким шарикоподшипниковским и вагоноремонтным улицам возвращать исторические названия. Второй: можно трогать и громкие имена. Например, Свердловск переименовать в Екатеринбург. Какой-нибудь ретроград стукнет кулаком по столу: «Вы что же, Свердлова не уважаете?» А ему в ответ: «Почему же, мы и Лермонтова уважаем, и Свердлова. Просто возвращаем городу историческое название».
Правда, с «историческим» названием не всегда просто определиться. Какое название Волгограда считать историческим – Царицын или Сталинград? Произошло ли в Царицыне какое-нибудь историческое событие, сравнимое со Сталинградской битвой? А многие ли вообще помнят, как назывался этот город при царизме?
Вот и «Николаевский вокзал» для большинства граждан – пустой звук. Но вырастет новое поколение студентов, которые зайцами помотаются на перекладных электричках с Николаевского на Московский – и для них это имя будет уже свое, родное.
А вот давайте посмотрим на все это с другой стороны. Ни в одной стороне мира столько не переименовывали городов, улиц, вокзалов и т.д., как у нас. И кто сказал, что это плохо? Может быть, это наша национальная традиция? Вот в некоторых странах принято давать детям несколько имен: в честь дедушки, прадедушки, и т.д. Произнесешь полное имя – и вся родословная как на ладони. Замечательно! А у нас так с топонимами. Вот представьте: Санкт-Петербург, бывш. Ленинград, бывш. Петроград, бывш. Санкт-Петербург, бывш. Санхт-Питерсбурх. Готовая шпаргалка для ЕГЭ по истории.
Да этим гордиться надо!
Андрей Воскресенский, Издательский Дом «Коммерсант»
Источник: ГдеЭтотДом.РУ