Лондонская недвижимость для нас – что-то вроде точки отсчета. До кризиса говорили: «В Москве цены пока что ниже, чем в Лондоне, значит, есть резерв роста». В начале кризиса: «В Лондоне падает в цене все, кроме суперэлиты. Значит, и у нас самое дорогое не подешевеет». Сейчас вот так и хочется сказать: «В Лондоне начался рост, значит, и у нас тоже скоро начнется». Но если первые два утверждения оказались на поверку ложными, почему должно оправдаться третье?
Средняя цена жилья в Великобритании выросла в июле на 1,3% в сравнении с июнем 2009 года, сообщило на прошедшей неделе Nationwide Building Society (Национальное строительное общество). Это можно считать тенденцией: за последние три месяца цена среднего дома выросла на 2,6% — лучший результат, зафиксированный в Англии с начала 2007 года. И вот что я об этом думаю.
Лондон – это наше второе «всё». Вы спросите – а что же первое? А первое у всех разное. У одного нефть, у другого недвижимость, у третьего – издательство. Зато потом – уж точно Лондон.
Конечно, есть на земле немало других приятных мест. Но тут опять же разночтения: кто-то предпочитает юг Франции, кто-то австрийские Альпы, кому-то вообще милее Флорида. А вот Лондон – ценность абсолютная для всех. По крайней мере, вся наша бизнес-элита делится на две неравные части: большинство уже приобрело недвижимость в Лондоне, меньшинство еще только собирается.
Думаю, дело не в том, что столица Великобритании одновременно – одна из мировых финансовых столиц. При современных коммуникациях совсем не обязательно иметь офис на площади Патерностер, чтобы успешно играть на бирже. Мне кажется, причина намного более глубинная, скорее даже подсознательная. Лондон и Москва – столицы двух империй, распавшихся в прошлом веке, и не потому ли что-то чудится родное российскому человеку в звоне Биг Бена?
Лондонская недвижимость для нас – что-то вроде точки отсчета. До кризиса говорили: «В Москве цены пока что ниже, чем в Лондоне, значит, есть резерв роста». В начале кризиса: «В Лондоне падает в цене все, кроме суперэлиты. Значит, и у нас самое дорогое не подешевеет». Сейчас вот так и хочется сказать: «В Лондоне начался рост, значит, и у нас тоже скоро начнется». Но если первые два утверждения оказались на поверку ложными, почему должно оправдаться третье?
Вот пример того, как «не падала» лондонская элитка. В апреле этого года прошла презентация суперпроекта под названием One Hyde Park. Это четыре корпуса резиденций прямо перед Гайд Парком, как легко догадаться по названию. «Коробки» к тому времени уже были закончены, но впереди была самая трудоемкая часть работы – отделка фасадов и общественных зон. Пожалуй, это самый дорогой из строящихся объектов, которые я видел. В Лондоне вообще-то не принято высчитать цену квадратного метра (или фута), но путем простого деления нетрудно выяснить, что средняя цена -- $80 тысяч за метр. При этом площади квартир – до 900 квадратных метров. Цена установлена была еще до кризиса, и часть квартир успели раскупить, в том числе, кстати, и наши соотечественники. Я поинтересовался у одного из топ-менеджеров, не собираются ли они снижать цену. Он сказал, что не собираются. «И по этой цене сейчас покупают квартиры?» – задал я следующий вопрос. «Нет, - невозмутимо ответил он. – Но мы и не планируем продажи до апреля следующего года». У нас так пока еще не умеют.
Различий между Лондоном и Москвой намного больше, чем сходства. Я имею в виду, конечно, не архитектуру, а векторы развития.
В Лондоне за последнее десятилетие появилось очень много «военных» мемориалов, посвященных как Первой, так и Второй мировым войнам. В основном это памятники не воинской славы, а памяти жертв. В Грин Парке, как раз напротив Букингемского дворца, -- мемориал гражданам бывших колоний, погибшим в войне. Есть памятник советским воинам. На Парк Лэйн пять лет назад открыли памятник животным, «погибшим во все времена во всех войнах, которые вела Британская империя». Грустной цепочкой бредут лошадь, навьюченный мул, собака. И трогательная надпись: «У них не было выбора».
Лондон если не оправдывается за свое имперское прошлое, то пытается внутренне примириться с ним. Москва, наоборот, всеми силами пытается выглядеть как имперская столица. У нас если уж лошадь – то обязательно под маршалом.
Впрочем, есть и более значимые примеры примирения с прошлым, чем мемориалы гражданам бывших колоний. Для нынешних граждан, переехавших на ПМЖ в столицу бывшей империи, строят муниципальные дома примерно такого же качества, как наш московский «бизнес-класс». По лондонским меркам это самое дешевое жилье, но как правило жилые комплексы имеют огороженную территорию, парковки, спортплощадки и даже что-то вроде ландшафтного дизайна. И самое главное – их строят во всех районах, в том числе и самых престижных. Муниципальный жилой комплекс есть даже на окраине Сити. Внешне очень напоминает «Алые паруса», хоть и поменьше, конечно.
Это сознательная государственная политика – власти считают, что таким образом достигается «социальная стабильность». Причем в некоторых случаях социальные дома разрешают строить даже с превышением максимальной высотности, установленной для центральных районов. (Попробовали бы девелоперы One Hyde Park превысить разрешенную высоту хотя бы на метр – от них бы живого места не осталось!) И уж тем более мэрии наплевать, что после появления муниципальных жилых комплексов в окружающих домах сразу падают цены.
Если не считать редких исключений для муниципальных домов, архитектурный надзор в Лондоне жесточайший. Как-то я побывал в одном особнячке в Холланд Роуд. Это так называемый район secondary prime – то есть второго уровня престижности. Особнячок представляет собой реконструированную конюшню. Вообще, переделанные бывшие конюшни – довольно распространенный в Лондоне тип жилья, причем довольно фешенебельного. Но как правило это террасные дома из нескольких секций, а данная конюшня была «одинарной», да еще и с собственным участком в полторы сотки – большая редкость для центра Лондона. Но муниципалитет потребовал от хозяина, который выкупил участок, не менять внешний облик дома. Причем не только фасад – все четыре стены должны были выглядеть так же, как в XIX веке, и, конечно же, никакие надстройки не разрешались. Я, например, не понимаю, зачем понадобилось сохранять это ничем не примечательное строение, но им там виднее.
Внутри можно было делать что угодно, но площадь дома – от силы 200 квадратных метров. И тогда хозяин нашел совершенно гениальное решение: он просто углубил половину участка на два метра, и в подвальном этаже у него получилась огромная гостиная со стеклянной стеной, выходящей в сад. Между прочим, два года назад этот особнячок продавался за 10 миллионов фунтов (по тогдашнему курсу -- $20 млн).
Для меня этот переделанный из конюшни особняк – настоящий символ лондонской недвижимости: бережное сохранение старины, законопослушание, неброская фешенебельность, скрытая от посторонних глаз. Ну и, конечно, невообразимая цена. Впрочем, цена – не более чем следствие вышеперечисленного.
Андрей Воскресенский, Издательский Дом «Коммерсант»
Источник: ГдеЭтотДом.РУ