В последнее время бурно обсуждается новый проект поправок к закону «О государственной гражданской службе», которые запретят российским чиновникам владеть зарубежными объектами недвижимости и иметь счета в иностранных банках. Принятие поправок к закону, как утверждают его авторы, поможет в борьбе против взяточничества с применением зарубежных активов, когда, например, подкуп осуществляется с помощью акций или недвижимости. Давайте подумаем, какие схемы используются, чтобы дать взятку чиновнику в виде виллы на Кипре и почему новый закон не помешает это делать?
В последнее время бурно обсуждается новый проект поправок к закону «О государственной гражданской службе», которые запретят российским чиновникам владеть зарубежными объектами недвижимости и иметь счета в иностранных банках. Принятие поправок к закону, как утверждают его авторы, поможет в борьбе против взяточничества с применением зарубежных активов, когда, например, подкуп осуществляется с помощью акций или недвижимости. Давайте подумаем, какие схемы используются, чтобы дать взятку чиновнику в виде виллы на Кипре и почему новый закон не помешает это делать?
По своему замыслу закон направлен на снижение коррупции, но в той редакции, в которой документ существует на данный момент, закон уже является морально устаревшим лет на
Предположим, у некоего чиновника есть свой траст или оффшорная компания с минимальным взносом в пару тысяч долларов. Напомним, что оффшорная компания характерна тем, что фиктивно директором в ней может быть любой местный житель оффшорного государства, а реальный владелец в документах не фигурирует вообще. В случае с трастами есть такие схемы, при которых вообще невозможно доподлинно установить, кто является реальным владельцем. Трасты бывают американские, бывают швейцарские; такие организации просто управляют любыми вашими активами, которые вы переписываете на них, но внутри самого траста они записаны на реального владельца. На первый взгляд просто, но на практике все гораздо сложнее в силу многих причин, потому что для третьих лиц крайне трудно проследить, что происходит внутри этого траста. Трасты тем не менее очень популярны, многие миллиардеры ими пользуются. Например, после смерти Майкла Джексона, которому принадлежали права на 300 песен The Beatles, этот актив хотели было обложить высокими налогами, но все песни были записаны на один траст.
Итак, допустим, у чиновника есть своя оффшорная компания или же траст, и есть некая компания, которой необходимо дать взятку этому чиновнику. Согласно традиционной схеме, компания открывает за 2 тысячи долларов новую оффшорную компанию, за 500 тысяч фунтов покупает квартиру в Лондоне, переписывает ее на только что открытую оффшорную компанию. После этого оффшорная компания за минимальный номинал в 1 доллар продается тем самым оффшорной компании или трасту, принадлежащим чиновнику.
Таким образом, взятка состоялась. Но, повторимся, с юридической точки зрения предъявить какие-либо претензии не представляется возможным — для этого сначала надо найти «концы» в оффшорной компании или трасте. Подозрения могла бы вызвать покупка квартиры за полмиллиона фунтов и ее последующая перепродажа за 1 доллар, если бы эта недвижимость продавалась напрямую, но в данном случае перепродается компания, а не сама недвижимость или любой другой актив, который на эту компанию записан, т. е. сам предмет взятки при такой схеме не фигурирует. Поэтому у местных властей не могут возникнуть даже подозрения по поводу этой сделки, ведь происходит перепродажа компании, но какие на нее записаны активы, власти не знают. Что касается квартиры, то ее собственник тоже не поменялся — как была оффшорная компания, так и осталась.
Остается добавить, что, описывая такую схему, я ни в коей мере не призываю к применению этого механизма, — наоборот, тем самым хочется донести до широкой общественности, что закон требует серьезной доработки.
Игорь Индриксонс, управляющий инвестициями в недвижимость, основатель консалтингового портала Indriksons.ru